Чужая родня, или как спасти квартиру от родственников

Если у вашего супруга (или супруги) есть дети от первого брака, будьте готовы к тому, что в один прекрасный день они могут оставить вас без жилья.

ОСТАВИЛ ЖЕНУ БЕЗ ГРОША

«У меня три таких пострадавших! Три!» — возмущается адвокат Оксана Филачева. И все три — пенсионерки. Одной — 82 года, второй — 74, третьей — 65. На улице они оказались после смерти своих супругов.

Ольга Васильевна (здесь и далее все имена изменены – Ред.) из Сергиева Посада со своим мужем Михаилом прожила больше тридцати лет.

«Когда познакомились, мне было 34, а ему — 50, — вспоминает Ольга Васильевна. — Двое детей у него были уже взрослые, уже и внуки были! Так что нельзя сказать, что я такая плохая, разбила семью, а теперь меня Бог наказал».

Все свое имущество — большую квартиру и дачу — известный в городе врач Михаил Александрович оставил первой жене. С молодой женой поселился в общежитии. Вскоре семье дали квартиру.

«Приватизировал жилье муж на себя, — рассказывает Ольга Васильевна. — А на меня была оформлена дача. Мы с ним еще в 1997 году составили друг на друга завещания: в случае моей смерти все наше имущество остается мужу, а в случае его смерти — мне».

Сын Александр с отцом не общался. До тех пор пока пять лет назад у Михаила Александровича не умерла дочка. Тут вдруг сыновья любовь неожиданно воспылала. «Начал отцу звонить, в гости звать, возить его на рыбалку», — вспоминает Ольга Васильевна.

Михаил Александрович, которому к тому моменту было уже под 80, от сыновней любви, что называется, разомлел. И то ли правда подарил 52-летнему отпрыску свою квартиру, то ли…

«ЧИТАЮ ЕГО ПИСЬМА И ПЛАЧУ»

Ольга Васильевна уверена: дарственную сын подделал. До самой смерти Михаила Александровича в конце 2017 года она не знала, что квартира — собственность Александра.

«Платежки приходили, как и раньше, на имя мужа. Только в конце декабря отметили 40 дней, а в начале января — звонок: «Выметайся из квартиры!» Я обомлела! Ну не мог мой Миша оставить меня без жилья!» — изумляется Ольга Васильевна.

Когда она, радиомонтажница, вышла замуж за известного в городе врача, который ей в отцы годился, многие подозревали здесь шкурный интерес. Но на самом деле она любила его без памяти. «Он мне стихи посвящал, когда уезжал в командировки, слал письма. Я до сих пор читаю эти письма и плачу!» — переживает вдова.

Теперь она — бомж. Живет в монастыре. Из 12 тысяч пенсии половину отдает за коммуналку уже не принадлежащей ей квартиры. («Адвокат сказал, надо продолжать платить»).

На оставшиеся шесть тысяч покупает лекарства и питание. А лекарств нужно много — у Ольги Васильевны диабет и онкология.

«А что же, в монастыре не кормят?» — спрашиваю я. «Кормят, — говорит Ольга Васильевна. — Но я стесняюсь питаться за чужой счет. Мы же трудники — должны работать. А из меня какой работник? Недавно скорую три раза за один день вызывали. Мою два класса в воскресной школе и холл».

По вечерам в своей келье, которую она делит с 82-летней трудницей, Ольга Васильевна распечатывает пакетик с лапшой и заваривает его кипятком. По утрам — пюре из пакетика. На другое питание денег нет.

ПОДАРИЛ КВАРТИРУ ВМЕСТЕ С ЖЕНОЙ?

Узнав о дарственной, Ольга Васильевна обвинила сына мужа в мошенничестве и подала на него в суд.

«Однако Сергиево-Посадский суд отказался назначить экспертизу подписи на договоре дарения и медико-психиатрическую экспертизу состояния дарителя на момент подписания дарственной», — комментирует Оксана Филачева.

Ольге Васильевне, по словам адвоката, еще повезло — суд признал за ней право пожизненного проживания в квартире. Вот только для того, чтобы добиться такого судебного решения, судиться пенсионерке пришлось почти год. А из-за того, что сын подал на обжалование в областной суд, вступление решения суда в законную силу откладывается еще на полгода.

«Право пожизненного проживания супруг или супруга покойного могут получить лишь в том случае, если проживали в квартире на момент приватизации и добровольно от нее отказались в пользу супруга, — продолжает Оксана Филачева. — Если же квартира была куплена покойным супругом, то в праве пожизненного проживания судом будет отказано».

По словам Оксаны Филачевой, необходимо срочно менять законодательство — закрепить за вторым супругом право пожизненного проживания и наложить запрет на продажу жилья наследниками до смерти второго супруга: «Говорят об этом законе давно, а толку нет. В Европе, например, в случае смерти мужа или жены никто не может выгнать второго супруга на улицу, если у него нет своего жилья, то он получает долю в наследстве. У нас же вдову или вдовца второй супруг может оставить ни с чем. А право пожизненного проживания, которое тоже не так-то просто получить, не дает никаких гарантий — дети покойного просто начинают продавать квартиру вместе с вдовой, а потом «ненужный жилец» либо внезапно умирает, либо пропадает без вести».

ВРАГИ ЧЕЛОВЕКУ – ДОМАШНИЕ ЕГО?

По словам Оксаны Филачевой, такая схема, когда дети от первого брака подделывают завещание или договор дарения, стала делом обыденным.

Детки идут в ЖЭК и договариваются, чтобы платежки приходили на имя прежнего владельца недвижимости. Благодаря этому пожилой папа спокойно доживает свои дни, даже не подозревая, что давно «подарил» свою жилплощадь сыну. Это делается для того, чтобы человек пропустил срок обжалования (три года) и не успел подать иск.

То же самое происходит и в налоговой. «Гипотетически все платежи и налоги на нового владельца должны переоформляться автоматически. А по факту это делается с задержкой на несколько лет. Этим и пользуются мошенники», — говорит Оксана Филачева.

Вдов и вдовцов, которых наследники от первого брака выгнали на улицу, — тысячи. В суд подают сотни. А выигрывают дела в суде и вовсе единицы.

«Среднестатистическому российскому пенсионеру отсудить квартиру невозможно, — признается Оксана Филачева. — Нанимать юристов, оплачивать почерковедческую экспертизу плюс экспертизу психического здоровья покойного дарителя или завещателя и так далее — все это стоит денег, несопоставимых с размером пенсии».

ТОЛПОЙ НА ОДИНОКУЮ ЖЕНЩИНУ

Против одинокой Ольги Васильевны родня покойного мужа пошла толпой. Пошла — и затоптала: 30-летний внук, тоже Михаил, нигде не работающий, решил самолично заняться «выселением бабки».

«Ночью сплю, слышу — бух! Бух! Встаю, руки от страха трясутся, кто-то дверь взламывает! Заходит этот Михаил, ложится на диван прямо в грязных ботинках. Кричит: «Бабка, пепельницу давай!» А откуда, говорю, пепельница, у нас никогда никто не курил. Он тогда берет мой бокальчик и начинает туда пепел стряхивать».

Ольгу Васильевну увезли с инфарктом. А после больницы возвращаться ей было уже некуда — в квартире поселился внучок с женой.

Источник: mirnov.ru

Добавить комментарий